?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА

  "Писатели требуют от правительства решительных действий" (Письмо 42-х)

    После расстрела законно избранного Российского парламента было опубликовано письмо 42-х видных деятелей культуры с полным одобрением всего совершившегося. В народе "Письмо 42-х" назвали — «Раздавите гадину!». На самом деле гадины в письме не было. Призыв этот выкрикнул (сославшись на Вольтера) по радио «Эхо Москвы» Юрий Черниченко, тоже подписант: «Ребята, хотите жить — раздавите гадину!»




    Расстрел Белого дома 4 октября 93 года — последняя, кровавая точка в истории, которую творили провокаторы. Провокаторов было много.
    Среди них - литераторы-демократы-либералы, не устававшие подначивать президента. Доступ к Ельцину они имели и умели оказывать на него влияние. Именно эти литераторы требовали решительных мер — и президент их услышал.




    В марте 93-го они писали письма в поддержку ОСУ — «Особого порядка управления», объявленного Ельциным. А в начале августа 36 литераторов опубликовали в «Литературных новостях» обращение к согражданам, в котором призывали «провести досрочные, не позднее осени текущего года, выборы высшего органа законодательной власти» (ПИСЬМО 36-ти).
    15 сентября президент пригласил авторов письма на дачу на улице Академика Варги. Те дачные посиделки напоминают главу «У наших» из романа «Бесы». «Нужен прорыв! — восклицала Мариэтта Чудакова. — «…Сила не противоречит демократии — ей противоречит только насилие… И не нужно панически бояться социального взрыва, которым пугают журналисты со страниц полярно противоположных изданий…»
    Андрей Нуйкин, будто он кадровый офицер, «напомнил, что в офицерском уставе за промедление в бою полагаются большие наказания». Им вторил Лев Разгон: «Нельзя сделать яичницу, не разбив яиц. Мы все время сидим в глубоко эшелонированной обороне».

    И президент помчал «на всех парах через болото». 21 сентября он издал Указ № 1400 о роспуске Съезда народных депутатов и Верховного Совета. Конституционный суд во главе с Валерием Зорькиным признал этот указ неконституционным и являющимся основанием для отрешения президента от должности.

    Литераторам-демократам это, конечно, не понравилось. Апелляция к закону, естественное стремление к норме — вещь для демократов-либералов совершенно непереносимая. Поскольку сильно сужает пространство для маневрирования — прагматического ли, революционистски-бескорыстного ли, с дальним ли прицелом, с ближним ли интересом.
    «Разговоры о легитимности-нелегитимности пусты», «Да, переворот. Да, неконституционно. Ну и что?», — закричали писатели-демократы на разные голоса. Законам они предпочитали (как когда-то большевики) историческую целесообразность, которую всякий волен понимать, а главное — использовать по-своему.

    А 5 октября в «Известиях» появилось печально знаменитое "ПИСЬМО 42-х", удивительное и по времени появления, и по содержанию, и по лексике. Лексика выдержана в «лучших» традициях московских процессов 1922 и 1936–1937 годов. Более хлестко не мог бы сказать ни Вышинский, ни Крыленко, ни Михаил Кольцов. Есть здесь и лицемерие, типичное для тех процессов и публичных голосований.
    Авторы пишут: «Мы не призываем ни к мести, ни к жестокости, хотя скорбь о новых невинных жертвах и гнев к хладнокровным их палачам переполняет наши (как, наверное, и ваши) сердца».






    Скорбь о невинных жертвах выглядит более чем лицемерием, и всё перевернуто с ног на голову. По иронии судьбы среди подписавшихся были те, кто прямо или косвенно пострадал от репрессий при советской власти.
    Странно было видеть под этим документом подпись «патриарха» российской интеллигенции, узника соловецких лагерей Дмитрия Сергеевича Лихачева, а также Булата Шалвовича Окуджавы, чьи родственники пострадали как раз во времена призывов «раздавить гадину».
    Удивляло и то, что А.И. Солженицын, один из главных духовных оппонентов революции, скорбевший о ее жертвах, выразил полное одобрение расстрелу законно избранного парламента и, говоря его языком, грудам жертв, холмам жертв.

    Сергей Кара-Мурза в работе «Интеллигенция на пепелище родной страны» справедливо отметил тоталитаризм мышления авторов: «Насколько чужда им идея права. Все неугодные партии и объединения они требуют запретить не через суд, а указом исполнительной власти. Неугодные газеты – закрыть не после судебного разбирательства, а до него. Лучше всего – разгромив редакции и выкинув в окно редакторов».
    Как это было, вспоминал Александр Проханов: ворвавшиеся в редакцию газеты «День» бойцы ОМОНа избивали журналистов, глумливо расклеивали портреты Гитлера и кричали «фашисты». Всё в духе авторов письма, назвавших фашистами защитников законной конституционной власти, своих же соотечественников, среди которых были ветераны Великой Отечественной войны, проливавшие кровь в борьбе с фашизмом.
    Казалось бы, парадокс: многие из подписантов, например Юрий Карякин, Андрей Нуйкин, Даниил Гранин и т.д., на страницах «Огонька» не жалели чернил и слез для обличения ленинско-сталинских беззаконий, бессудных расправ, произвола и угнетения свободы мысли и печати. А теперь – призывали к подобной же бессудной расправе и подавлению свободной мысли. В советское время многие из авторов проявили себя как носители гуманизма, они сочиняли детские стихи, сентиментальные песни…

    Социолог Борис Кагарлицкий писал: «слушать песни Окуджавы про “комиссаров в пыльных шлемах” после его заявлений о том, что ему не жалко безоружных людей, погибших в “Белом доме”, как-то не хочется…».
    «Окуджава оказался весьма кровожаден к политическим противникам. Из интервью «Подмосковным известиям» от 11 декабря 1993 года:
    «- Булат Шалвович, вы смотрели по телевизору, как 4 октября обстреливали Белый дом?
      - И всю ночь смотрел. - У вас, как у воевавшего человека, какое было ощущение, когда раздался первый залп? Вас не передёнуло? -
      - …Я наслаждался этим. Я терпеть не мог этих людей, и даже в таком положении никакой жалости у меня к ним не было. И может быть, когда первый выстрел прозвучал, я увидел, что это — заключительный акт. Поэтому на меня слишком удручающего впечатления это не произвело…» .
    В одном из своих интервью Окуджава скажет: «патриотизм чувство не сложное, оно есть даже у кошки».

    Эта фраза, ставшая определяющей в статье о «психопатии патриотизма» О.А. Гильбурда, была развита в либеральной прессе, определяющей патриотизм, как «биологический порок», делая из этого «гениальный вывод» - «если значительная часть времени и энергии тратится на охрану территории и на её освобождение от чужаков, то эти самые время и энергия не могут быть направлены на выполнение функций, непосредственно повышающих уровень адаптации и репродуктивного успеха».

    Владимир Гостюхин рассказывал: " Я все эти страшные годы активно участвовал в антиельцинском движении, симпатизировал Верховному Совету. Патриарху и властям мы адресовали письмо белорусской интеллигенции с призывом не допустить кровавой развязки. После расстрела парламента Окуджава дал интервью, переполненное диким восторгом: победа! А там убивали детей. Если бы гибли сторонники Ельцина, мне все равно было бы страшно…
    Такой гуманный, как мне казалось, поэт, а песни его, например: «В будни нашего отряда, в нашу окопную семью, девочка по имени Отрада принесла улыбку свою…» — это потрясающая песня, и вдруг он радуется, что так это все закончилось, произошло, и люди убиты и молодежь от 14 до 25 лет, это страшно, поэтому я вышел, когда он приехал на концерт, и не только я, там было человек 500 перед филармонией в Минске с плакатами и с фотографиями убиенных у Верховного совета, я вышел, сломал пластинку, бросил под ноги идущим на этот концерт. А шли и новые, те, в длинных пальто, такой контингент уже тогда определившийся, ... «новые русские»...
    И тут же из «Московского Комсомольца» кто-то поднял эти обломки , и потом показали и по телевидению, и везде потом это стало известно, а про меня в Верховном совете, в том еще, при Шушкевиче, сказали, что его надо просто посадить — эта шпана, этот Гостюхин, для таких как он должна быть решетка».

    Другая «икона шестидесятниковников», писатель Василий Аксёнов, позднее заявил: «Этих сволочей надо было стрелять. Если бы я был в Москве, то тоже подписал бы это письмо в „Известиях“.




    Что же произошло с этими людьми? И произошло ли?

    Мы слишком привыкли к термину «творческая интеллигенция», к представлению о ее свободе, духовности, независимости. А на самом деле «творцы» и «певцы» органично вписываются в систему и послушно внимают ее приказам. Письмо 42-х отнюдь не было спонтанным явлением. Оно органично входило в пропагандистскую войну, которую вели Б.Н. Ельцин и его окружение.

    Вот лишь один факт. 30 сентября 1993 года заместитель министра образования Российской Федерации Александр Асмолов, известный специалист по теории психологической установки, направил в Совет Министров разработанную им «Программу первоочередных социально-психологических мер “Белый дом”», предусматривавшую следующие меры:
    «…2. Средствами массовой коммуникации создать видеоряд по схеме “обыкновенный фашизм – коммунизм – Белый дом”. Первые ходы: демонстрация фильма М. Ромма “Обыкновенный фашизм”; повтор майских пленок с демонстрациями и жертвами.
    3. Лично о спикере. Несколько раз прокрутить по телевизору программу Л. Радзиховского о Хаcбулатове.
    4. Просьба к Д.С. Лихачеву с предложением о выступлении перед интеллигенцией России в данной ситуации».

    Вот и разгадка подписи соловецкого сидельца Д. Лихачева, а равно и человеконенавистнического клише «красно-коричневые оборотни». Это всего лишь выполнение установок на нейро-лингвистическое программирование, данных Асмоловым.

    И невольно соглашаешься с молдавским политиком Владимиром Солонарем, который в 2010 году называл письмо «возмутительным примером» дискредитации политических оппонентов: «Чтение этого текста и сегодня вызывает вопрос: кто тут больше подобен „фашистам“ – те, кого письмо называет таковыми, или его авторы?»

    ...Картина ясна. Заказ, вечный заказ. И в «героических» разоблачениях эпохи перестройки не было ничего необычайного и героического. Была дана соответственная отмашка, которую и выполняли Карякины и Нуйкины. И мало чем в ее исполнении они отличались от Кольцовых и Ставских. И дальнейшее творчество «мастеров культуры» очень даже подтверждает подобную точку зрения.

    Даниил Гранин в 2000-е годы отошел от своей первоначальной позиции, которую он отстаивал в «Блокадной книге», – теперь он настаивал на том, что Ленинград надо было сдать. Как точно замечает бывший фронтовик и блокадник Григорий Васильевич Романов: «Что бы он ни говорил, его мысли склоняются к тому, что “город надо было сдать”, а это вообще неправильная постановка вопроса. Если бы мы его сдали, от него бы ничего не осталось, жертвы были бы страшнее блокадных».
    К сожалению, Гранин услышал системный «общественный» заказ на антипатриотизм и, увы, отозвался на него.

    То же можно сказать о Викторе Астафьеве. Как справедливо отмечает ветеран войны, фронтовик, кавалер семи боевых орденов, трижды раненый офицер постоянного состава штрафбата Александр Васильевич Пыльцин: «Одно дело – “догорбачевские” и “доельцинские” произведения Астафьева, за которые и присуждались ему Государственные премии. Совсем другое – когда читаешь “военную прозу” Астафьева времени перестроечного, горбачевского и позже.
    ...После чтения любой главы этого “гениального романа” Астафьева ("Прокляты и убиты") просится на язык русская фраза “врет как сивый мерин”. Описание им пребывания в запасном полку, на фронте, не имеют ничего общего с тем, что приходилось видеть мне, начиная с первых дней войны красноармейцем в Краснознаменной Дальневосточной и курсантом военно-пехотного училища в далеком Комсомольске-на-Амуре и далее за всю 40-летнюю армейскую службу».




    И всё же без более глубоких объяснений не обойтись.

    Ведь нашлись же честные русские писатели, такие как Василий Белов, Юрий Бондарев, Александр Проханов, Валентин Распутин, Владимир Бондаренко и другие, которые не стали выполнять заказа, не откликнулись на дудочку гамельнского крысолова, не услышали призывов системы к оболваниванию своих сограждан, а выступили против беззакония. И они спасли честь русской культуры и интеллигенции.
    Вадим Кожинов заявил: "Я никогда не подам руки ни одному из подписантов памятного "расстрельного" письма Ельцину от "представителей творческой интеллигенции",— письма, которое спровоцировало убийства и кровь. Разумеется, с этими людьми ни на какой основе я лично объединяться не могу».
    Более того, даже бывшие диссиденты, такие как Андрей Синявский и Владимир Максимов, поступили совершенно неожиданно. Они публично призвали Ельцина после всего совершенного им уйти из власти, отправиться в монастырь и замаливать грехи. Анатолий Рыбаков на вопрос «А вы бы подписали [Письмо 42-х?]», ответил резко: «Нет! Писатель не может одобрять пролития крови».

    Что же подтолкнуло авторов письма 42-х к сделанному им выбору? - Упоение «легальной революцией», победившей демократией. Как зачарованные, мастера культуры шли за лозунгами безудержной свободы, не замечая, что страна гибнет от «шоковой терапии» Гайдара, что ее нагло разворовывают.
    Ваучеризация 1992 года была грандиозным обманом, она коснулась только долей процента реального достояния Российской Федерации, да и то потом эти доли вытянули назад спекулянты. Большая часть российской собственности была роздана за бесценок узкому кругу людей.
    Вот несколько данных: одно лицо стало владельцем всех акций Газпрома (210 миллионов), каждая из которых была оценена в 10 рублей (2 цента по ценам 1994 года, то есть всего 4 миллиона долларов). Автомобильный завод им. Лихачева был продан всего за 1 миллион долларов – в 250 раз дешевле реальной стоимости (4 миллиарда долларов). Красноярский алюминиевый завод был продан братьям Черным в 250 раз дешевле реальной стоимости. Как цинично заявил Березовский: «У нас – власть капитала».

    Этому задумал было воспротивиться Верховный Совет – и за это его разогнали. А известный петербургский ученый, доктор исторических наук Сергей Николаевич Полторак считает, что одной из причин расстрела Верховного Совета явилась «Плутониевая сделка» между ельцинским правительством и США: передача Штатам 750 тонн оружейного плутония.
    Но всего этого «мастера культуры» знать не хотели: их пьянила химера европейского, «цивилизованного» пути. Любой ценой. Не в последнюю очередь их выбор был сделан и потому, что многие из подписантов письма, по выражению писателя Николая Фомина, на все русское смотрели как бык на красную тряпку.

    Тень от расстрелянного Белого дома легла на всё, что они делали прежде. Правда, постепенно и это прошло. Осталось одно: всё так, и ничего другого нет. Такие демократы, такие либералы, такая совесть нации.

Источники: http://svpressa.ru/society/article/75138/
http://www.pravoslavie.ru/64633.html и другие.



Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.

Comments

( 8 comments — Leave a comment )
livejournal
Oct. 5th, 2017 06:45 pm (UTC)
КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА
Пользователь sovsemveteran сослался на вашу запись в своей записи «КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА» в контексте: [...] нал взят у в КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА [...]
ignaciodeloyola
Oct. 5th, 2017 08:52 pm (UTC)
Хорошая статья...

Вот почему мы так наивно думаем, что писатели-поэты-философы - они, несомненно, люди умные во всем? Они ведь могут хорошо писать, сочинять очень душевные стихи, рассуждать о сущности Бытия и о том, как оно - Бытие - определяет сознание. И при этом быть сволочами, негодяями и прочее. - Вот почему, допустим, про режиссеров-актеров у нас это в сознании уживается, а про представителей прочих профессий - нет? (Сколько было интервью, где говорилось, что Олег Янковский - изумительный артист - в жизни был, скажем, не вполне приятным человеком).
Так и здесь: о них вспомнили! Дали возможность "войти в Историю". "Вершить дела государственной важности". - И они соблазнились. Причем - уверена на миллион процентов - профита никакого не получили. А имя запачкали...
Жаль...
Да и вообще - те события, сложные и трагические...

Спасибо, что вспомнили это!
sergeyurich
Oct. 6th, 2017 02:17 pm (UTC)
Замечу, что далеко не все думают, что "писатели-поэты-философы - люди умные во всем".
А события сентября-октября 1993 года действительно очень неоднозначные.
livejournal
Oct. 6th, 2017 12:11 am (UTC)
КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА
Пользователь patritia сослался на вашу запись в своей записи «КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА» в контексте: [...] нал взят у в КРОВЬ НА КОНЧИКЕ ПЕРА [...]
akatov99
Oct. 6th, 2017 01:05 am (UTC)
Был согласен почти со всем в статье.
Прослушал "Поединок":Проханов/Надеждин на тему 1993.
Не люблю Надеждина, но Проханов заставил болеть за Надеждина своим планом в случае победы Хасбулатова.
В целом же:""Чума на оба ваших дома"

sergeyurich
Oct. 6th, 2017 02:23 pm (UTC)
В отличие от Надеждина, у Проханова есть то, что называется совестью. Да, его, как и всякого идеалиста заносит, но он, по крайней мере искренен и честен.
А что касается событий сентября - октября 1993 года, то Вы, Вадим, правы, приведя к качестве их оценки слова Шекспира. Я был непосредственным их очевидцем, поэтому могу с уверенностью утверждать, что о том, что тогда на самом деле происходило, потом врали обе стороны.
Но с юридической точки зрения, Ельцин совершил не что иное как государственный переворот.
akatov99
Oct. 6th, 2017 06:12 pm (UTC)
"Но с юридической точки зрения, Ельцин совершил не что иное как государственный переворот."
Согласен, но ведь и Горбачев и Ельцин и Яковлев были выращены КПСС.
Почему китайские партийные ветераны сумели вырастить себе смену по принципу преемственности, а советские партийные ветераны нет?
Это актуально и сейчас. Медведев в преемники не годится. Лавров и Шойгу возрастные. Где смена? Ау!!!

sergeyurich
Oct. 7th, 2017 07:24 am (UTC)
Да, Вы, Вадим, правы: преемника у Путина в настоящее время нет. Разве что Собянин? Но ему больше подошла бы должность премьер-министра, он в большей степени хозяйственник, а не политик.
( 8 comments — Leave a comment )

Profile

sergeyurich
sergeyurich

Latest Month

December 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Powered by LiveJournal.com